Идем дальше. Выход из больших городов не так утомителен, как вход. Если выходить рано утром, как это делаю я, около 6 утра, то идешь про пустому городу, тут главное не пропускать отметки на пути, указывающие правильное направление на поворотах, и сверяться с треком на карте (у меня, напомню, есть трек на maps.me, очень полезная штука, не требующая интернета, сделанная и откомментированная опытным «паломником», в том числе с рекомендациями по альбергам). Так что раннее утро, утренние сумерки, еще до восхода. Тихо, никого на улицах, ни людей, ни машин. Обхожу собор, и двигаюсь из города. Тело отдохнувшее, зябко с утра (моряк не говорит «холодно», моряк говорит — «свежо»!), обычно так рано выходили единицы, и это удобно. Спокойно, без суеты. В больших городах можно найти кофе в барах по дороге (владельцы таких баров конечно знают о том, что паломники выходят пораньше и иногда уже открыты). Если нет — ничего, в следующем по дороге городке уже наверняка будет что-то работать. «Уно кофе кон лече, пор фавор!» Обычно там же есть бокадильо, это такой бутерброд с сыром или хамоном, и апельсиновый сок. Вот и сыт.
Как я уже написал в прошлом посте, после Бургоса уже отчетливо «входишь в режим».
И пошли поля-поля, дорога, деревушки по пути. «Buen Camino! — Gracias Senor!». День, еще день, еще.
Внезапно, буквально «посреди нигде», у небольшой деревушки видишь вот такого масштаба развалины.
Я уже в небольших «оперативных» постах, что я писал с дороги в мае, уже рассказывал. Это развалины церкви и монастыря ордена Антонитов, ордена Св. Антония, который был весьма значимым в Cредние века, и занимался главным образом помощью пострадавшим от «Огня Святого Антония«, ужасного заболевания, вызываемого отравлением спорыньей, паразитическим грибком, заражающим посевы ржи, главным образом, но и вообще зерновых. Грибок этот содержит сильный алкалоид, вызывающий галлюцинации, поражение нервной системы, вплоть до развития гангрен и трофических язв из-за нарушения кровообращения в конечностях.
Орден содержал госпиталь, а также значительные запасы чистого зерна, для помощи пострадавшим. Характерным выделяющим их знаком был крест в форме буквы Т (тау), видимый тут на некоторых фотографиях. Орден был, как видите по их зданиям, довольно богатым, но по мере того, как удалось разобраться в причинах эпидемий отравления, постепенно угасал, пока наконец не слился с мальтийским орденом уже в XVIII веке. Интересно, что последняя по времени вспышка «Огня св. Антония», эрготизма, была зарегистрирована еще даже в середине XX века во Франции (250 пострадавших, 4 умерших).
Но идем дальше.
Всю дорогу паломника сопровождают наши знакомые «желтые стрелочки». Иди по ним — не ошибешься. Не знаешь как быть, боишься не потерялся ли, не знаешь какую дорогу на перекрестке выбрать — не торопись, остановись, поищи глазами, обязательно найдешь где-нибудь в поле зрения желтую стрелку, указывающую правильный путь. Многие говорят про «инсайты», приходящие во время паломничества. Вот вам один из них :)
Есть люди, которые идут совсем налегке, я говорил, что за 6 евро ваш багаж тут можно отправить от одного места ночлега до другого на так называемом Donkey service. Он работает тут по всему маршруту паломничества. Привязываешь бирку, пишешь на ней адрес своего следующего ночлега, и его отвозят. Для местных небольшой полезный приработок, а для паломника — большая подмога. Впрочем, я свои 9 килограмм все же нес всю дорогу сам, а то неспортивно.
И вот, стартовав в 6 утра, к полудню проходишь свои положенные 20-25 километров, пора и отдыхать.
В моем путеводителе и планнере, которым я пользовался всю дорогу, Бургос завершает символическую первую треть пути, 270 километров, за время которого паломник преодолевает не только сложный физически участок пути, через Пиренеи, а потом постепенный спуск на равнины Риохи и Кастилии, но и, прежде всего, побеждает свое собственное тело, немощь физическую и умственную, чтобы, наконец, втянуться в ежедневный 20-25-километровый переход на протяжении полутора месяцев пути.
И действительно, после Бургоса ощущается определенное облегчение. Ритм Камино затягивает, идти в тишине самого себя по дороге среди полей наконец в значительной мере перестает быть физически мучительно, как было до того, но также перестает быть и эмоционально скучно. Наконец ты идешь там, где и должен идти. Это почему-то в какой-то момент очень отчетливо осознается. В том числе поэтому я с определенным скепсисом отношусь к коротким вариантам, есть ведь возможность пройти и (относительно) недлинные Камино, например Португальский, Примитиво, или Инглес. Это такой «Камино для занятых», можно уложиться в пару недель. Это конечно лучше чем ничего, но есть ощущение, что что-то важное все же при этом теряется. Про испанцев, которые идут от Асторги или даже от Сарии, чтобы пройти положенные формально для зачета паломничества «сто километров пешком» я побухчу в свое время и в своем месте рассказа :)
Итак, Бургос и его собор.
У меня по плану был задуман в Бургосе день отдыха, тем более что собор стоил того, чтобы потратить на него утро, и посмотреть его с минимумом туристов (хинт: в собор, если вы идете не в маленькую часовенку, где собственно служат внутри собора (вход через западный, главный портал), и которая физически отделена, а в основное здание, то вход (с южного входа) платный, но если вы паломник на Камино, там вам скидка вдвое. Захватите свой креденсияль, впрочем, то ли вид мой был достаточно красноречив сам по себе, то ли они уж таких видят издалека, мне даже не понадобилось, выдали билетик как паломнику, без вопросов).
В соборе сравнительно недавно окончена реставрация, так что он очень светлый. Обычно же готические соборы темные просто от копоти и сажи (в ряде случаев, как собор Кельна, просто строились из темного камня), но «в оригинале», если брать их в том виде, в котором их видел их строитель-архитектор, и первые пару веков его прихожане, то он вовсе не был таким мрачным, или что там у нас обычно ассоциируется со словом «готичный». Знаю, что было немало бухтежа по поводу отмытости парижского Нотр-Дама, но, как я писал уже по его поводу в соответствующем месте, сам вопрос в каком виде и на какой момент многовековой истории восстанавливать такие значимые и «долгие» памятники вопрос всегда непростой. Так и в случае этого собора. Его постройка была начата в XIII веке, и, как это часто происходило в случае готических соборов, длилась до XVI, а что-то — даже до XVIII века (это как раз доступная с главного входа «богослужебная» часть храма, часовня Св. Феклы, построенная уже в барочном стиле XVII — XVIII веков).
На фото выше как раз «главный» вход, оставленный прихожанам, которые ходят в собор по непосредственной надобности, там у них ведутся положенные службы в часовне внутри храма. Но туристический вход для осмотра основного здания собора находится справа, с южной его стороны.
План собора и его макет:
На схеме и макете видно, как с веками классические формы готического собора во «французской» традиции «неф (16-15-17) — трансепт (13-15-2) — деамбулаторий (21) — главный фасад с башнями (30)» обрастают разнообразными пристройками, часовенками, зданиями и помещениями, словно корабль, обрастающий разнообразными «ракушками».
Многие особенности конструкции собора, и в особенности фасада, дают основания предполагать, что архитектор собора, по крайней мере автор первоначального плана был хорошо знаком с конструкцией собора в Реймсе, возможно принимал участие в его строительстве, но пока это только гипотеза. Все что мы о нем знаем, это то, что его возможно звали «мастер Иоганн из Шампани», умерший примерно в 1240 году, когда его сменяет второй архитектор, «мастер Энрике», проработавший над собором до своей смерти в 1277 году. Также нам известно, что «мастер Энрике» занимался и строительством собора в Леоне, о котором речь будет в свое время.
Внутри собора хорошо видно тот самый непрерывно «прорастающий» характер среденвековых соборов, делающий часто таким сложным процесс реставрации. Когда тут у нас — XIII век, а тут сквозь него вырос XVI, а то и более поздний. Сквозь готику растет барокко, а временами и более новые времена. Средневековый собор парадоксально для впервые с таким сталкивающегося, не «каменное здание» а скорее медленно растущее несколько веков «дерево», очень медленный, каменный, но при этом ощутимо «живой» организм. И какой именно нам восстанавливать? Изначальный план XIII века? Окончательное завершение строительства по первоначальному плану веке в XV? Или то, что в итоге построилось окончательно уже где-то в XVIII веке?
Частое изображение собаки в ногах на скульптуре саркофага — это аллегория верности, в данном случае — супруги Констебля Кастилии, похороненного в храме.
С юго-восточной стороны к собору был пристроен монастырь с большим клуатром, квадратным в плане закрытым двором с галереей по периметру, обязательный элемент любого европейского монастыря. Там сейчас находится музей всего, что накопилось в соборе за его историю.
В частности там выставляется «сундук Сида», весьма брутального вида.
Когда по музею ходил я, там была интересная экспозиция тканевых шпалер, то что у нас называется «гобелен» (я совсем недавно узнал, что «гобелен» это как «ксерокс», это была фамилия владельца большой фабрики в Париже, которая производила множество «гобеленов», и в ряде языков фамилия наиболее известного производителя перешла на объект, с ним связанный). В данном случае это подлинная позднесредневековая шпалера.
А это нотные книги. Крупно — чтобы было видно без очков конечно )
Погуляв по Бургосу и переночевав в очень неплохом таком хостеле, ранним утром двинулся дальше по моему пути. Впереди еще две трети пути.
Итак, Бургос. Про него будет два поста, в первом про Бургос вообще, и отдельно много фото из кафедрального собора Бургоса, это был мой первый готический собор, так что фоток будет много, кажется даже чересчур, ну, ничего, что-то может не стану постить. В общем с собора Бургоса родилась идея посмотреть готику, из чего получилась Франция, о которой я уже написал в блоге ранее.
Как я уже начал было писать, подход к Бургосу оказался довольно и неожиданно, долгий. С одной стороны, стоишь на гребне холмов, окружающих долину с городом с востока, и кажется — ну, вон он. Оказывается до него еще часа три как минимум пешкодралить. Сперва спускаешься с этих холмов, потом идешь по самой долине, обходишь аэропорт, потом начинается окраины города. И тут важно не соблазниться идти по городским кварталам, а держаться (местами неочевидно) левее, и идти по длинному городскому парку, который расположен по одному из берегов протекающей через город реки. И по этому парку вы, в зелени и покое спокойно дойдете практически до самого центра, куда вам и надо. Впрочем, навстречу вам попадется примерно сотня гуляющих в первой половине дня бургосцев, учтиво пожелающих Buen Camino. Однако это точно лучше, чем топать по городским окраинам.
Наконец, уже в самом конце можно выйти на улицу, идущую вдоль реки по ее правой от вас стороне.
И это вы уже совсем у цели. Еще минут 15-20 и вы достигаете исторического центра Бургоса.
Памятник Эль Сиду (El Sid), рыцарю Сиду Кампеадору, или Родриго Диасу де Вивару, национальному герою Испании, которого мы сегодня назвали бы, ну… «полевым командиром». Герой народных сказаний, литературный герой, и в целом такой воплотитель испанской рыцарской доблести, служивший по своему выбору то христианским королям, то мусульманским, и закончивший свой замысловатый путь правителем Валенсии. А родился он как раз тут, в Бургосе, здесь и похоронен в соборе.
В Бургосе я запланировал остаться на две ночи, отдохнуть, и не спеша посмотреть собор, а затем, рано утром третьего дня идти дальше. Такие сильно туристические объекты лучше всего смотреть максимально рано утром, по возможности сразу с открытия, это даст хотя бы полчаса-час тихого и сравнительно малолюдного времени, я этим правилом пользуюсь и оно никогда меня не подводит. Но так как паломник приходит в город уже по меньшей мере к полудню, пока привести себя в порядок, поселиться (обычно альберги селят с часу-двух), помыться, поесть что-то, уже вторая половина дня. Так что на самые видные места я планировал дополнительный день, он же день отдыха, в среднем раз в 7-10 дней. Впрочем, в последней трети я стал беспокоиться по срокам и «поднажал», как я уже говорил, у меня было по моим расчетам, всего дня 4 запаса, и я беспокоился насчет возможной непогоды или травм. Но в последней трети пути у меня уже форма была такая, что я уже шел почти без остановок на отдых, оставив дополнительные три дня на сам Сантьяго. Итак, собор Бургоса снаружи.
Стартовал я 7 мая, а у этих фото дата съемки 20-21 мая. Так что примерно вторая неделя пути. Подходим к Бургосу, главному городу на пути и в прошлом столице Кастилии.
Но пока это городки по дороге и сама дорога.
Много красивых граффити на тему Камино, снимаю правда не все.
Постепенно уменьшаются цифры на «верстовых столбах» Камино, указывающих расстояние до Сантьяго.
Еще немного о альбергах. В целом я не жил в самых «нижних» по цене вариантах, говорят временами там это может быть выданный матрас и угол на полу в, например, спортзале школы. А иногда альберг бывает почти гостиничного типа номер на 3-4 человека в комнате. Вот это, например, на фото любопытный вариант. Солидная гостиница, у которой есть на территории отдельный корпус, отведенный под альберге для паломников. Довольно неплохой вариант, когда содержанием его занимаются люди, понимающие в этом толк, обычно это всегда идет месту на пользу. Пришел поселяться рано (устроил себе облегченный, укороченный переход в тот день, так как дальше предстоял довольно тяжелый участок с подъемом), поэтому был первым. При этом обычно можно выбрать любое понравившееся место, так что выбрал в уголке у окна.
На следующий день предстояло подниматься вверх на довольно холмистый участок, и почти впервые на пути после Наварры пошел лес.
Наконец забрались наверх, отсюда уже спуск к Бургосу.
В цитате написано: «С тех пор как паломник покорил горы Наварры в Бургете и (он) увидел бескрайние поля Испании, ему не доводилось любоваться более прекрасным видом, чем этот.»
Действительно, вниз с этого места уже видна долина с городом Бургос на горизонте, цель нашего сегодняшнего перехода.
Но подход через долину к Бургосу оказался довольно долгий. Несмотря на то, что, визуально, до города кажется рукой подать, идти до него оказалось несколько часов и до цели я добрался уже после полудня.
Чувствую я, что если я не прибавлю ходу, то рассказывать про Камино я буду вам до морковкина заговения до следующего похода, которое я наметил на середину мая — июнь 2026 года, но об этом я расскажу в свое время, а пока вернемся к рассказу и фоточкам. У меня наконец починили интернет, так что волынить уже нет ни единой причины, на этом продолжим.
Вернемся же к моему весеннему Камино, 760-километровому пути пешком по Испании, который я прошел в мае-июне 2025 года. Остановились мы в том рассказе на том, что я вошел из Риохи в Кастилию-и-Леон, пойдем же, сопровождая это фоточками, дальше.
Удобно, что во всех мои фоточках есть геолокация, так что если вдруг забываю, где это было снято, можно найти место на карте, или поглядеть, где я шел по плану в определенную дату.
Вот, например, очаровательный альберг в маленькой деревушке, в котором я был один (вдвоем, к вечеру полошел еще один парень). Кажется это фото уже было, ну ничего, просто мне оно характером нравится.
А это вид там из окошка
Такая вот деревенская северная Испания без прикрас, очень колоритное и характерное место.
Наутро снова дорога и дорога.
А это фото мест, видео с которого я уже было выкладывал несколькими постами раньше, где писал о входе в Кастилию-и-Леон из Риохи. Но фоточки красивые, пусть будут.
По дороге бывают всякие красивые места, особенно когда проходишь ранним утром.
Иногда бывает что-то совсем волшебное. Вот, например, на подходе к небольшому городку, в 7 утра обнаружил взлетающие в полях за городом огромные воздушные шары, которые потом летели над городом все время, пока я через него шел.
Тем временем же приближаюсь я к первому по-настоящему большому городу у меня по дороге — Бургосу, в прошлом столице Кастилии. Не то чтобы это прям мегаполис (180 тысячи населения), но для меня прям заметно большой, если не считать Памплоны или Лороньи, это первый по настоящему город. Основанный в IX веке это долгое время вообще один из главных городов Испании, тем более, чо именно из Кастилии началась так называемая Реконкиста, отвоевание Испании у мусульман. Отсюда родом знаменитый испанский национальный герой — Эль Сид, Родриго Диас де Бивар, характерный персонаж испанской истории, которого в наше, лишенное романтики время называли бы в медиа «полевым командиром», рыцарем, служившим сеньорам по своему, весьма прихотливому выбору.
Но от Бургоса у меня очень много фото, прежде всего из-за просто потрясающего кафедрального собора Бургоса, поэтому про него в отдельном посте завтра.
По Парижу будет кратко. Основной «осмотр» я отложил на другой раз, уж очень он велик, тут недели две надо по меньшей мере только на «обзор». К тому же сильно испортилась погода, похолодало, дождь, в общем — не прогулочная погода.
Сходил в Нотрдам. Это, понятно, один из туристических спотов. Лайфхак: Хотите увидеть с минимальным возможным минимумом туристов — идите к открытию. Открывается он в будние дни в 7:50 (и к моменту открытия уже будет изрядное количество людей, даже, как в моем случае, под дождем), в субботу и воскресенье — с 8:15.
По центру будет очередь тех, кто сделал заранее «билет» на сайте, если вы без такого билета, то вставайте в очередь слева, если стоять лицом к входному порталу. В принципе пускают и тех и других равномерно (особенно утром), так что особой нужды в «билете» нет. Итак, стоим, ждем открытия, уже полчаса как зарядил дождь. Бухчу, что, мол, вот не по христиански, открыли же уже, полчаса как персонал вошел, двери открыли, но очередь стоит, мокнет. бубубу.
Однако ж в 7:50 народ пошел. Входим, а тут встречает нас настоятель с дьяконами, при полном параде, прямо у входа, в главном нефе, и говорит, ну, добро пожаловать, рады видеть, и вообще у нас тут утренняя месса, пойдемте. Парижский Нотр Дам, он же действующая церковь, и все положенное в нем выполняется. Так что сразу служба, а не просто так поглазеть. Круто конечно.
Внутри его, конечно, после трагического и счастливо побежденного пожара сделали отлично, все отодраили, дерево все новое, витражи оттерты, так что прям сияет все. Изрядный челлендж — это разрулить потоки туристов и верующих, поэтому есть специальные служащие, которые регулируют, впрочем, достаточно деликатно, что, если вам молиться — вот здесь проходите, в центральный неф, а если вам айфоном пощелкать — вот тут, по кругу, через боковые, не мешайте тем, кто тут «по делу».
Фотографий в интернете много, даже уже и после ремонта, к тому же я был пасмурным утром, да и вообще настроения «фоткать» не было, только глазками любоваться. Но вот такое интересное снял. В одной из часовенок, это небольшие «рабочие» помещения, окружающие основное пространство храма, выставлены иконы разных некатолических и «незападных» церквей.
Тут, насколько мне удалось понять по надписям, какие-то китайские, арабские, сирийские святые и мученики. Есть и в русской традиции икона, но кто там — с моим уровнем понимания понять не смог.
Ну и вот вам Парижа еще такого:
Ну вот так, пару дней в Париже, а потом сел на поезд и поехал к друзьям в Валенсию, на несколько дней.
Итак, продолжим про Францию. Остановились мы на том, что я сел на автобус в Шартре, и через пару часов доехал в Орлеан. Собор в Орлеане большой, но не выдающийся, но просто место уж больно знаковое, ну и, в целом, начал я с Руана, был в Реймсе, как не побывать в Орлеане (в список добавлены Шинон, Вокулер и Домреми;).
Фоток из Орлеана неожиданно немного. Я в какой-то момент начал немного уставать от красоты, и стал снимать меньше (а от парижского Нотрдама и вовсе не будет ничего, увы, ну вот так получилось). В Орлеане конечно сохраняют память о Жанне Д’Арк. Часовенки с ней есть во многих храмах и церквях Франции, вот, например, это даже не собор, это просто большая церковь неподалеку от железнодорожного вокзала Орлеана, куда я приехал, и в которой пережидал начавшийся дождь.
Вот эти плиточки с благодарностью и посвящением, часто лаконичное и трогательное Merci, разных-разных лет. Наверное вы помните, что история с канонизацией Жанны была довольно сложная. После того, как ее захватили в плен союзники англичан, бургундцы, ее продали англичанам, и те, в Руане, который тогда был городом, контролировавшимся Англией, как и большая часть Нормандии, устроили судебный инквизиционный процесс, с участием профессоров парижского университета, и, в какой-то момент, наконец, смогли обвинить Жанну в ереси, а вскоре и приговорили к смерти за ересь и колдовство.
Довольно скоро, всего через несколько десятков лет, после окончания Столетней войны, был проведен «реабилитационный процесс», на котором обвинения были тщательно разобраны и полностью сняты, причем в момент этого процесса еще были живы многие знавшие Жанну лично, даже ее родители, и соседи из деревни Домреми, где жила Жанна, давшие показания на реабилитационном процессе, и она была полностью оправдана.
Однако канонизирована она, то есть по всей форме объявлена святой она не была. Это произошло много сотен лет спустя, уже в 1924 году, и это было, что очевидно, достаточно политическое решение. Один из, бесспорно, самых ярких образов «защитницы Франции» после окончившейся новой Великой Войны, был стране явно необходим. Но все же…
Скажу вот то, что видел. Да, безусловно Жанна Д’Арк это чтимая героиня и «Спасительница и заступница Франции», и уж в особенности в Орлеане, откуда, собственно и начался «путь в бессмертие». История ее ясная и яркая. Однако мне показалось что… Ну вот почти всегда, если уж есть в храме есть часовня женщины святой, то кроме Жанны это будет Тереза из Лизьё, «Тереза Маленькая». Мне показалось что вот ее во Франции искренне любят, а Жанна… Ну это что-то такое, из под этого всего для сегодняшнего француза какой-то Аксьон Франсез торчит каким-то таким уголком и это как-то мешает искренне любить. И вот искренняя любовь и почитание сегодня у французов более не к героической Жанне, а вот как раз к совсем не героической 19-летней девушке, которая в провинциальном Лизьё писала о ежедневной любви к Богу, о пути любви без героизма и подвигов.
Может ошибаюсь, может так показалось.
Но в Орлеане конечно это если и есть, то в минимальной степени. «Все кто меня любит — за мной!»
В Соборе Орлеана вся история Жанны, от видения в Домреми, до Руана на соборных витражах, один за другим.
Несмотря на время от времени крапающий дождь, погулял в историческом центре, прошел к Луаре, на которой Орлеан стоит, и к мосту, который, судя по всему, на том же месте, где была крепость бастион Сен-Лу, захваченная англичанами на противоположном берегу Луары, и с освобождения которого начались победы Жанны и освобождение Орлеана, а потом и Франции.
В мае 1944 года город сильно бомбили, так что значительная часть исторического центра разрушена, и восстанавливалась уже после войны, также погиб и восстанавливался заново «дом Жанны Д’Арк», где она жила несколько дней перед тем, как 8 мая 1429 года атакой на бастион Сен-Лу многомесячная осада англичанами Орлеана была снята.
Дальше, после Орлеана, у меня не было особых планов, а в Париж мне надо было приехать еще несколькими днями позднее, остановиться на 5 дней в Париже было дороговато, и я стал думать, куда бы заехать еще, раз уж у меня есть свободных пара дней. И решил доехать до Ла Рошели, портового города на берегу Атлантики, знаменитого как историческим своим прошлым, так и тем, что сегодня в Ла Рошели находится крупнейшее яхтенное производство Франции, и вообще место для любого яхтсмена знаковое. Ну и вообще захотелось моря.
Наверное главное, что мы помним при слове «Ла Рошель», это «осада Ла Рошели» в «Трех Мушкетерах», завтрак на бастионе Сен Жерве, и вот это все. Однако что же собственно их туда понесло, с кем там воевал французский король Людовик XIII и кардинал Ришельё (ну и мушкетеры, понятно)? А это было новое обострение религиозных войн. Помните, я писал в посте про Шартр, про Генриха IV, который подписав Нантский эдикт, предоставил французским протестантам-гугенотам права исповедовать такое христианство, как им хотелось, и, среди прочего, отдал под управление протестантов те города, в которых протестанты были в большинстве, и порт Ла Рошель был как раз одной из таких гугенотских крепостей. Вскоре крепость ими была восстановлена и усилена, стены укреплены, и протестанты начали вести себя, нуу… Считая гугенотов пострадавшей стороной (справедливо) прежде всего в событиях Варфоломеевской ночи и последующих притеснениях, закончившихся попыткой мира после Нантского эдикта, мы субъективно стоим «за них» против подавлявшего их Государства в лице королевской власти Франции. Но вели себя при этом протестанты-гугеноты после Нантского эдикта, скажем так, примерно так, как мы бы ожидали от религиозных фанатиков, которыми они, собственно и являлись. Так, в частности, воспользовавшись Эдиктом, гугеноты начали строить «государство в государстве», отказывались платить «этим папистам, исчадиям сатаны, и Вавилонской блуднице» налоги, притесняли на своих территориях уже католиков, в общем в какой-то момент терпение у сына Генриха IV, короля Людовика XIII лопнуло, и Ла Рошель было решено штурмовать, стены разрушить, в общем допрыгались. Стен вокруг Ла Рошели действительно больше нет. Жертв было много, осада шла 14 месяцев, гугеноты фанатично сопротивлялись, но даже выход в море из крепости в итоге не помог, так как его удалось блокировать и протестантская Англия не смогла продолжать помогать Ла Рошели держаться. Нантский эдикт (и такая автономия гугенотов во Франции) был отменен уже сыном Людовика XIII, Людовиком XIV, «Королем-Солнцем».
Старая гавань Ла-Рошели:
Рядом со старой гаванью располагается отлично сохранившаяся церковь Église Saint-Sauveur de La Rochelle, в стиле, ином чем наверное надоевшие вам «готические соборы». Это так называемый «Стиль Людовика XIII», церковь построена на месте разрушенной церкви XII века, сгоревшей в 1419 году. Нынешняя церковь построена на месте старой, разрушенной в ходе той самой осады Ла Рошели. Часть церкви, башня колокольни, а также часть входного портала осталась от старой церкви. Основная часть нынешней церкви это уже начало-середина XVIII века.
Тут же наши добрые знакомые:
А еще, конечно, у яхтсменов Ла Рошель известна тем, что тут находится крупнейшая во Франции марина, то есть место стоянок яхт.
Вот видите плотный частокол на горизонте? Это все мачты. Пишут про вместимость около 5000 лодок.
В ту, большую марину я уж не пошел, но погулял вокруг городской.
Башни — на входе во внутреннюю гавань города.
В остальном же — погулял, поел мидий в очередной раз, да наутро сел на поезд и поехал в Париж.
Итак, готический кафедральный собор Богоматери в Шартре. Собор во многом, уникальный. Был построен в начале XIII века, причем в основном возведен за 25 лет, что очень быстро. На момент постройки — это самое высокое здание Франции, высота нефа, то есть основного зала — 37 метров, что всего на 5 метров ниже собора в Амьене, законченного несколькими десятками лет спустя. Это первый собор, с использованием конструкции контрфорсов, внешних опор стен, и аркбутанов, внешних полуарок, передающих давление свода на стену на контрфорс, наверное самая визуально известная деталь конструкции готического стиля. Это самый большой собор по общему внутреннему объему, ширина главного нефа — 16,4 метра, вместе с двумя боковыми — 33 метра, против 14 метров в Амьене и 12 метров в парижском Нотр-Даме. Великолепная витражная «роза» над входом имеет диаметр 13,1 метров, больше чем знаменитая «роза» парижского Нотр-Дама, а по площади хоров и поперечной длине трансепта превосходит любой, даже позднее построенный храм Франции. И при всем этом нам неизвестно имя его создателя, его архитектора, который спроектировал такое потрясающее и выдающееся, по множеству параметров уникальное сооружение в самом конце XII, и, по видимому, в значительной степени и построил его. Это анонимный «Мастер Шартра» (Maître de Chartres), все что мы о нем знаем, что он, вероятнее всего, родом из современного департамента Эна, и родился, скорее всего, где-то во второй половине XII века.
Наконец, это собор, которому повезло сохраниться в почти изначальном виде. 90% конструкции, 80% скульптур и 60% витражей и мозаик сохранились аутентичные, то есть на момент постройки собора в XIII веке, что уникально почти для любого готического храма. Его пощадили религиозные войны, он сравнительно легко отделался во время Революции, побыв какое-то время Храмом Верховного Существа, но обошлось почти без битья стекол, хотя листовой свинец с крыши и ободрали на пули. Наконец, 16 августа 1944 года полковник Уэлборн Гриффит не подчинился приказу обстреливать башни собора (командование полагало, что там скрываются немецкие снайперы и их используют как наблюдательный пункт). Он лично, вместе с добровольцем солдатом добрался до собора, убедился, что он пуст и позвонил в колокола, дав понять своему подразделению, что собор освобожден от немцев. Полковник Гриффит погиб в тот же день в бою, посмертно награжден орденом Почетного легиона.
Собор расположен на вершине холма, и от этого хорошо виден даже из пригородов. Место это, что называется, «намоленное», по преданию тут был храм еще языческий, в честь кельтской «богини-матери» со священным источником, что довольно легко впоследствии трактовалось как прото-христианский культ девы Марии. Первое достоверно христианское святилище на этом месте появляется в середине IV века, затем, как обычно, то разрушается, то восстанавливается все увеличиваясь, пока в 876 году Карл Лысый, внук Карла Великого, не дарит пока еще небольшому храму выдающуюся реликвию — Плащаницу Марии, что сразу делает храм местом паломничества, приносящем городу солидные деньги. Храм растет, (в 1020 году снова сгорает и снова отстраивается), пока в 1194 году не сгорает окончательно. Но сохранившаяся в целости в храмовой крипте (подземном хранилище) реликвия остается целой, что вдохновляет город немедленно строить на остатках сгоревшего храма собор, который мы видим сейчас.
Как я уже рассказывал про Реймс и Бове, строить собор «поверх» уже существующего храма есть дело довольно обычное. Сильно несимметричный вид главного фасада, с двумя башнями, как раз и имеет причной эту особенность. Главный фасад частично состоит из конструкции предшественника готического собора, недосгоревшего собора романского стиля. Причем «наследие» это не вполне очевидно. Правая башня, в довольно характерном «романском» стиле, с восьмиугольным «шатром» шпиля — как раз «новая». А вот левая, сегодня явно готическая, в нижней своей части, напротив — романская, оставшаяся от романского собора XII века, ее верхнюю часть достраивали после пожара от удара молнии, в XVI веке на романском основании, но уже в готическом стиле. Таким образом, если смотреть со стороны главного фасада, нижняя половина левой башни, а также три входных портала и характерные «романские» три окна над ними и под «розой», прямоугольные, с аккуратным полукруглым закруглением, еще не стрельчатые — безусловно романские и остались от предшествующего собора XI-XII века.
Летописец Вильгельм Бретонский с восхищением писал о соборе в 1222-1226 годах уже как о завершенном, хотя окончательно закончили все работы и освятили собор в присутствии короля Людовика IX Святого только в 1260 году.
Фотография с площади недалеко от собора. Любопытно, что с этой точки собор часто изображали, я нашел рисунки почти точно с этой же самой точки в 1830 году, и в 1910 году. «Пожар способствовал ей много к украшенью»
Вид на собор с юга из города. Так как собор построен на существенном возвышении вершины холма, виден он почти отовсюду.
Я уже писал ранее, в посте про собор Реймса, что только один король на протяжении веков, короновался НЕ в Ремсском соборе. Но зато этот король — Генрих IV, наверное самый «добрый» король Франции, вполне справедливо любимый французами. Это тот, который сказал «Париж стоит мессы» (для того, чтобы стать королем ему надо было отказаться от протестантизма и принять католичество, а месса есть главный признак католического богослужения) остановил религиозные войны, подписав Нантский эдикт, на многие годы даровав протестантам права в королевстве, и сказал знаменитую фразу, что «Если Бог даст мне больше жизни, я сделаю так, что в королевстве не будет ни одного пахаря, который не мог бы себе позволить курицу в горшке». Так что а la Poule au Pot стала, как сейчас говорят, «мемом» и национальным блюдом Франции. Ну, про Генриха IV можно рассказывать долго, личностью он был незаурядной, но ограничимся только касающегося собора Шартра факта: Та самая «месса» случилась в Шартре, так как и Париж, и Реймс был в руках католической лиги, вполне с подозрением относившейся к тому, что король-протестант в очередной раз (он это проделывал регулярно, то ли четыре, то ли даже шесть раз) решил таки вновь обратиться в католичество, и не ждавших Генриха с такими уж распростертыми объятьями.
Главный фасад:
А это ниже — южный портал, боковой вход в трансепт, он тут тоже очень широкий, и, поскольку собор стоит на довольно заметном холме в центре соборной площади, в него ведут ступени.
Внутри собор очень светлый, несмотря даже на обилие цветных витражей, которые, обычно, при всей их красоте, сильно темнят внутренние пространства. Уже в 2000-х была проведена большая работа по очистке интерьера собора от копоти и потемнений, так что, можно считать, что сейчас он в том виде, как предположительно был в XIII веке, после постройки.
Также сейчас ведутся работы по восстановлению полихромного декора, утерянного в ходе долгой жизни собора.
Для очистки камня, как я понимаю, применяется технология, использованная впоследствии после пожара в парижском Нотр-Даме, и отработанная как раз в Шартре и в Амьене: на камни стен накатывается специальный вязкий полимер, которой потом удаляется со всей прилипшей к нему хней, налипшей на камни. Так что такой светлый камень — это оргинальный песчаник, каким он был в XIII веке.
Внутри прежде всего конечно впечатляют витражи. Красный и синий (для него даже используется название «шартрский синий») тут в солнечные дни повсюду. Часть витражей, например установленные в тех самых «романских» окнах главного, западного фасада, сохранились от романского собора середины XII века, а знаменитый витраж Нотр-Дам-де-ла-Бель-Верьер — 1180 годом, то есть он старше собственно собора. Название довольно безыскусно «Богоматерь Прекрасного Витража». Витражное стекло было очень дорогим, в 5-9 раз дороже той же площади камня, поэтому часто сохранившиеся витражи кочевали в новые окна при перестройке храма.
Считается, что «Шартрский синий» был утрачен с веками, но там более интересная история, он пал жертвой «оптимизации», дело в том, что этот оттенок синего получался с помощью очень дорогих солей кобальта (их возили, что любопытно, в XII веке из России), впоследствии был найден способ делать синий с помощью солей марганца, которые обходились дешевле (это было важно при значительно увеличившемся обхеме витражного производства), но давал несколько иной оттенок, быстро вытеснивший «шартрский синий».
Окна главного фасада, с витражными окнами XII века, и «роза» над главным входом.
Вокруг хоров расположена стена скульптурного ограждения с 40 евангельскими сценами, которое, что любопытно, постепенно создавалось на протяжении нескольких веков, с XVI по XVIII век, при этом в целом сохраняя стилистическое единство.
К собору пристроена отдельная часовня для хранения реликвий, в том числе той самой «плащаницы Богородицы», сохраняемой с IX века.
А тут как раз видно «проросший» фрагмент романского храма на северной стене.
Вокруг собора вполне себе такая традиционная городская площадь. Есть где посидеть и пообедать.
Луковый суп гратен и хруст фрацузской булки. :)
После пары дней в Шартре, я решаю поехать в Орлеан. Раз уж в конце пути Жанны Д’Арк, в Руане, я был, отчего бы не оказаться в начале его? От Шартра до Орлеана я поехал автобусом, а потом, из Орлеана, двинул в Ла Рошель.
Итак, из Реймса возвращаюсь в Париж, пересаживаюсь там с вокзала на вокзал, и еду в Шартр. Еду в день большой демонстрации с перекрытиями, но поглядел по имеющимся данным — вся движуха вдали от меня. Как обычно в Париже митингуют двигаясь от площади Бастилии, к площади Республики, а это не по моему маршруту, и даже 5 линия метро, нужная мне — работает. Но поглядел я на карту, как мне добираться, и глаз радуется! Придется пересечь весь центр Парижа! Выхожу с Восточного вокзала, на серевро-востоке, и по Страсбургскому и Севастопольскому бульварам, в центр, через Сену и остров Сите, перехожу остров по мостам, мимо Сен-Шапель, и через Латинский квартал, Сорбонну, мимо Люксембургского сада, на Монпарнас, где находится нужный мне одноименный вокзал.
Час с небольшим — да плевое дело! Решено: иду пешком. По времени вроде успеваю к моему поезду, небольшой «электричке» местного сообщения. Шартр от Парижа сравнительно недалеко, где-то час пути к юго-западу.
Консьержери, мрачное место на острове Сите, во время большого террора французской революции тут содержали сотни впоследствии казненных.
Шутка за 300:
Набор Lego: «Французская революция»
Парижский Нотр-Дам, отреставрированный после пожара, в него мы еще вернемся несколькими днями позднее.
Сен-Шапель, еще один шедевр Высокой Готики, построенная в XIII веке Людовиком IX Святым часовня для хранения принадлежавших и приобретенных Францией христианских реликвий, прежде всего Тернового Венца. Это музей, и туда стоит, конечно, огромная очередь. К сожалению времени у меня на очередь не было, так что Сен Шапель отложена на другую поездку.
Классический парижский вход в метро, оформленный в стиле Ар-Нуво. Это, по-моему, вход на станцию «бульвар Сен-Мишель».
По дороге на вокзал Монпарнас я в основном шел и пялился, поэтому фоток немного. Ну и вообще Париж отложен на потом, он стоит не только «мессы», но и отдельного большого приезда на несколько дней. К сожалению в мой второй приезд сюда, несколькими днями позднее, мне сильно не повезло с погодой, так что пусть Париж у вас будет вот таким солнечным и сентябрьским.
Ближе к Монпарнасу я стал ощущать, что отведенный мне мной на прогулку час с небольшим оказывается почти полутора часами, и буквально за 10 минут до отправления моего поезда я понимаю, что я начинаю опаздывать, и припустил ускоренным маршем. В здание вокзала я врывался уже почти бегом, а вокруг, напомню, всеобщая забастовка, куча полиции, и вот я, вижу уже практически под парами мой поезд на перроне, до отправления уже едва ли минута, и в момент, когда я, с рюкзаком, решаю припустить к нему бегом, с перрона мне навстречу выруливает патрульная троица жандармов с автоматами. Что бы ребята подумали, когда на них начинает бежать мужик с бородой и рюкзаком за спиной (для полного бинго наверное можно было заорать Аллах Акбар!, чтобы уж точно не ошиблись) — нетрудно помыслить, так что я резко торможу, конечно, и быстрым шагом мимо них таки успеваю на поезд, двери которого закрываются сразу за мной. Уф, успели.
Едем, кстати, тоже не абы как, первая остановка — Версаль. Вернее Версаль не сам дворец, а городок рядом с ним, где жили, собственно, обслуживающие дворец люди.
По Франции вообще, едешь — как по истории. У меня такое было ощущение от Лондона в свое время, все вокруг «знакомое», если не лично, то по крайней мере по названиям. Вот и тут. Версаль, следующая остановка — Рамбуйе. Сразу колокольчик, опа, кого мы помним, откуда знакомо? Ну конечно, Маркиза де Рамбуйе, хозяйка знаменитого парижского литературного салона в XVII веке (он был, правда, не тут, а в Париже, где собирался цвет общества, как аристократии, так и людей искусства). Отель (городской особняк) Рамбуйе не сохранился, его поглотил в свое время Пале Рояль, построенный кардиналом Ришельё, уже после смерти маркизы. А собственно поместье — вот оно. Следующая остановка пригородной электрички, везущей меня в местную Коломну.
Ну и, наконец, Шартр.
В Шартре, как я уже писал где-то ранее, расположен один из великих французских готических соборов, знаменитые тем, что не только был построен в рекордные сроки (всего за 25 лет!), и от этого удивительно художественно цельный, но и сохранивший оригинальные витражи.
Живу я в Шартре в любопытном месте, небольшой гостиничке, расположившейся в здании, принадлежавшему местному епископату, и ранее в этом здании был монастырь, а далее — семинария. Когда семинария перестала работать — епископат передал здание под гостиницу, но вайб, как выражается молодежь, никуда не делся. Смотрите, какая милейшая келья у меня. А что, помолился — и спать!
Само здание вот такое:
Вон там в мансарде моя комнатка.
Утром завтрак, и вот такой внутренний дворик:
Вот справа уже здание епископата Шартра.
«Hotellerie St Yves» это наша гостиница.
Думал-думал, отчего у меня тут такой знакомый вайб… А потом на площади перед собором увидел знакомое:
Ну конечно :) Шартр — это как раз один из важных пунктов паломнического пути Св. Иакова по Франции (Via Turonensis). Сюда есть, кстати, и небольшой местный регулярный паломнический маршрут на три-четыре дня пути из Парижа, стартующий от парижского Нотр-Дама. Так что все срослось, отчего мне тут так уютно и хорошо :)
В гостиничке моей, кстати, есть и дормы на 3-4 человека. Много немцев, почему-то.
А это собственно «епископский дворец».
Ну и, наконец, давайте собор.
Пока писал, понял, что про собор будет много, поэтому перенесем его на следующий день, он достоин отдельного поста.
Наверное один из самых значимых и знаменитых соборов Франции — это собор в Реймсе. Да, он не самый красивый, не самый большой и не самый высокий. Но это собор, в котором, по традиции, короновались все короли Франции, вплоть до самого последнего, Карла X, в 1825 году. Традиция требовала делать это именно в Реймсе, хотя, допустим, в Париже есть и свой собор, знаменитый парижский Нотр-Дам. Тем не менее, с Людовика VII, в XII веке, все короли (кроме Генриха IV, которого короновали в Шартре, что было связано, как я думаю, с идущими в то время религиозными войнами) короновались только в Реймсе. Короли короновались в Реймсе и до Людовика VII, первым был Людовик Благочестивый, сын Карла Великого, но с 1131 года эта традиция не прерывалась.
Интересно, что нынешний собор это третий, а может даже четвертый храм на этом самом месте, каждый следующий был больше и включал в себя предыдущий, так что камни первой базилики (построенной, судя по всему на месте римских терм) находятся на глубине нескольких метров под полом ныне существующего собора, примерно в алтарной его части.
В этом самом баптистерии (на фото стенда выше буква B в середине нынешнего нефа), в качестве которого использовался, судя по его размерам, античный бассейн терм, по французской исторической легенде, епископ Св. Ремигий (Сен Реми) крестил в 498 году франкского короля Хлодвига I. Отсюда, собственно и идет христианская традиция Франции.
Собор на протяжении всей своей истории многократно горел, повреждался и перестраивался, причем очень часто некоторые «реконструкции и реставрации» были сравнимы по своим последствиям с полноценными разрушениями. Последнее трагическое разрушение произошло во время Первой мировой войны, когда Реймс был захвачен германскими войсками, причем город был разрушен процентов на 60, а в собор попало около 300 снарядов, он несколько раз горел, были потеряны многие статуи, количеством которых (более 2000!) собор выделялся среди прочих соборов Франции. В музее даже хранится горгулья, статуя с водосточной трубы крыши, из пасти которой тек и застыл расплавленный во время пожара свинец, которым была покрыта крыша собора.
Но в 20-х годах XX века Франция начала работы по тщательному восстанавлению Реймсского собора (в 1924 году большое пожертвование на восстановление сделал, например, американский Фонд Рокфеллера), сделано многое, но те или иные работы все еще ведутся (в 2013-2016 году шла реставрация фасада, а сейчас занимаются реставрационными работами сводов в северной апсиде трансепта. Например, когда там был я, в соборе работяги разбирали огромные трубчатые леса, возведенные внутри под сводами северного портала. Это было м-м-м… несколько некомфортно, но я догадался, что не будь они французы, перерыв на déjeuner у них будет обязательно, так что примерно часа полтора утром в тишине у меня был :)
Внутри собор очень темный, но все равно очень впечатляющ своими размерами и ощущением внутри.
Вид на алтарь из главного нефа.
Золотой куб, как я понимаю, стоит как раз на месте коронации.
Впечатляющая сцена коронации Карла VII, которого привела в Реймс Жанна Д’Арк в 1429 году, на исходе Столетней войны, есть в фильме «The Messenger» С этой историей еще была любопытный момент, что к тому времени англичане успели короновать королем Франции ребенка Генриха VI Английского, сына внезапно умершего, но при этом до этого практически разгромившего Францию в Столетней войне Генриха V, но, по какой-то, не вполне понятной причине (Реймс был тоже в руках англичан), сделали это в парижском Нотр Даме, что, конечно, заставило любого француза усомниться в его легитимности, потому что, «наши-то короли, всегда в Реймсе коронуются!»
Ну и, конечно, на мессу сходил. А то что ж это, быть в Реймсе, в Том Самом соборе, и такую возможность пропустить :) Служат мессу в хорах, с задней стороны алтарного пространства, там у них сравнительно небольшое но аккуратное пространство для немногочисленных прихожан. Так что прикроснулся можно сказать, прям к истории, как она есть :)
Еще немного собора.
Сам по себе Реймс не «средневековый», по причине, написанной выше. После войны город, который был практически разрушен, застраивался в 20-30-е годы XX века заново. В нем есть некоторое количествосохраненных и восстановленных зданий, но в основном это XX век.
Кроме собора в Реймсе есть еще отличный музей в здании бенедиктинского монастыря при базилике Святого Ремигия. Посетителей там мало, а музей обширный и интересный. Любопытно, что внутри ни служителей, ни охранников, первые люди персонала обитают где-то на втором этаже, там у них выставка абсолютно шикарных шпалер-гобеленов из базилики Сен Реми, недавно прошедших большую реставрацию, и за ними они присматривают конечно. В остальном: «А вот тут у нас саркофаг Меровингов, пожалуйста. А вот тут — монета времен Хлодвига на витрине».
В клуатре, то есть обширном внутреннем дворе можно посидеть в тишине на солнышке.
Любопытно, на колоннах клуатра граффити. В очередной раз удивился не только неленивости, но и тщательности. Это вам не краской из баллончика тег мазнуть на стенку. Явно времени было больше, не торопились. Сидел же человек, ножичком царапал, смотрите какой шрифт! Серифчики (зачсечки на буквах) не поленился красиво прорезать!
В саму базилику Сен Реми попасть не получилось, закрыто. Но мне и собора хватило. Снаружи вот так:
Собор вечером на прощание, после мессы. А я дальше возвращаюсь в Париж и еду в Шартр, в один из самых сохранившихся французских великих соборов.
